Оставляя свет в истории: от замка Радзивиллов до Marriott Hotel

 

 

В белорусском городе Лида разместилось одно из немногочисленных на постсоветском пространстве производств по изготовлению эксклюзивных светильников. Люстры, которые здесь создают, являются не просто предметами интерьера, а объектами декоративно-прикладного искусства. Так же, как картины известных художников, светильники из Лиды занимают свое почетное место в музеях, театрах, дворцовых комплексах, дорогих  особняках и фешенебельных офисах. 

«Я пытался сделать невозможное, – говорил когда-то Клод Моне, – я пытался нарисовать сам свет». 
Мастера «Каскада» тоже рисуют свет. Но их холст – это пространство зданий, а вместо кистей и красок – бронза, золото и хрусталь. Здесь переплелись виртуозность ремесла мастеров-литейщиков и чеканщиков,  умелое использование в форме светильников характерных деталей архитектурных направлений и художественных стилей, знание физических законов оптики и использование правил «золотого сечения» в моделировании и конструировании осветительных приборов.
Сегодня на «Каскаде» самому требовательному и капризному покупателю могут предложить любые светильники: от индивидуально спроектированных, дизайнерских «фэнтези» до пышных барочных дворцовых люстр эпохи Людовика XIV.

 

Мелодии хрустальной люстры
Согласимся, что число людей, которые могут себе позволить эксклюзивные, сделанные на заказ предметы интерьера, не так уж и велико. Так было во все времена. Что касается люстр, то даже в XIX веке они являлись самым настоящим предметом роскоши. Из архивных источников известно, что в 1803 году Карл Дрейер, знаменитый петербургский бронзовых дел мастер, поставлявший люстры и фонари императорскому двору и придворной знати, изготовил для Михайловского замка хрустальную люстру стоимостью 9 000 (!!!) рублей. По тем временам – это баснословная сумма, сравнимая со стоимостью целого дома где-нибудь на окраине Санкт-Петербурга. Граф Н.П.Шереметев, законодатель архитектурной и интерьерной моды российской аристократии и владелец легендарного

 

 

Останкинского дворца – памятника русского классицизма – только на бронзовые люстры, античные торшеры-треножники, жирандоли, фонари и свечники потратил целое состояние. Примечательно, что по его распоряжению в целях экономии в некоторых комнатах дворца были установлены копии бронзовых люстр, но только сделанных из папье-маше и искусно раскрашенных под бронзу. По понятным причинам свечи на них никогда не зажигали, и служили они только для поддержания общего ансамбля интерьера. 
В литературных произведениях классиков при описании балов и музыкальных вечеров часто упоминаются люстры со свечами как особый предмет, создающий необходимую атмосферу праздника и феерии происходящего перформанса: колеблющееся пламя свечей, многократно отраженное в подвесках, радужные блики и мелодичный тихий звон английского хрусталя на люстрах (одного из самых дорогих и красивых хрусталей того времени), беспрестанно меняющаяся игра света и теней. Кстати, на наш сегодняшний взгляд, который привычен к электрическому свету, наши предки попросту жили в полумраке. Ведь свет от свечей и масляных лампад был совсем неярким. К тому же, свечи были достаточно дорогим удовольствием, поэтому часто встречающееся в исторических описях указание на точное количество свечей в светильнике было немаловажным показателем статуса и дохода хозяев.

 

Светильники для «жемчужины архитектуры»
Стоит заговорить о самой интересной работе по светильникам за время существования ЗАО «Каскад» - и вы получите самые разнообразные истории и факты. Для «Каскада», его руководителей, мастеров и художников, таких работ было множество. Каждая по-своему уникальна и в каждой присутствует частица души белорусских мастеров светотехники. Но, когда речь зашла об исторических объектах, Сергей Герасимович, заместитель директора предприятия, без колебаний выбрал Несвижский замок – жемчужину белорусской архитектуры. Повторить технологии средневековых радзивилловских мастеров-литейщиков и воссоздать копии старых осветительных приборов, относящихся сразу к нескольким историческим эпохам – такая возможность выпадает далеко не многим, а если говорить об исторической правде, то ее воссоздание не всем доверят. 

– В замке более семи сотен светильников: от пышных дворцовых хрустальных люстр времен Людовика XIV и монументальных барочных торшеров c геральдическими гербами, до латунных фламандских подсвечников и кинкетных ламп. Некоторые из них делались в единственном экземпляре, – вспоминает Сергей Герасимович. – За 400 лет своей истории замок вобрал в себя приметы разных архитектурных стилей: ренессанс и классицизм, барокко и рококо, модерн и неоклассицизм. И способы освещения помещений и виды светильников так же соответствовали этим стилям. К сожалению, в большинстве случаев установить точно, какими именно осветительными устройствами пользовались в Несвижском замке, уже невозможно – слишком много войн, революций и грабежей пришлось на его историю.
Для воссоздания светильников пришлось использовать аналоговый принцип, т.е. изучать существующие осветительные приборы в лучших европейских музеях и архитектурных сооружениях XVII–XIX вв. 
Воссоздание светильников проводилось в соответствии с технологиями, с которыми работали мастера-литейщики и стеклоделы в прошлом. Варка стекла велась в горшковой печи, из твердых грушевых пород было вырезано более сотни деревянных форм, после ручной отделки художественного литья проводилось покрытие специальным воском или золочение изделий. 
Интересно, что один из отреставрированных трехметровых торшеров-треножников в замке – аутентичный, чудом сохранившийся в местном костеле. Другой торшер, уже воссозданный, является его точной копией, повторяющей сложные техники литья и резного дерева с античными горельефами. Подобные модели торшеров-треножников, опирающихся на три звериные лапы – очень редкий экспонат в музеях, в мире их насчитывается не больше трех десятков. 
В замке девять основных экспозиционных залов, в каждом из которых непохожие друг на друга светильники. В так называемом «Арсенале» находится кованая люстра с характерными замковыми мотивами Англии и Италии, «Гетманский зал» украшают тяжеловесные литые люстры со сложным барочным декором, «Охотничий зал», вместе с многочисленными охотничьими трофеями, украшают легкие фламандские светильники.
Воссоздание исторических моделей светильников напрямую перекликается с областью реставрации. Если говорить о конкретных отреставрированных изделиях, которые прошли через руки художников «Каскада», то в своем большинстве это латунные и бронзовые храмовые светильники – паникадила, хоросы, семисвечники, лампады. Чаще всего они датируются серединой или концом XIX века, и сохранились до настоящего времени только благодаря тому, что находились в храме. Однако зачастую их подвергали достаточно грубой переделке местные умельцы, особенно в части перехода от свечного освещения к электрическому. Обычно под слоем копоти, коррозии и наслоений времени скрывается тонкая ажурная работа. Заново воссоздаются утраченные элементы литья и кронштейны, восстанавливается хрустальный убор и светильник обретает свою вторую жизнь – и по-новому звучат слова евангелиста Иоанна «Свет во тьме светит, и тьма не объяла его». Иногда приходилось работать и с редкими образцами, например для Гродненского театра кукол «Каскад» отреставрировал люстру зрительного зала начала XX века, выполненной в немецкой манере «югенд стайл».

 

 

 

Полмиллиона кристаллов на потолке
Иногда монтаж изделия оказывается намного сложнее, чем его изготовление. Особенно, если речь идет о пространственных светотехнических инсталляциях. Одна из таких инсталляций находится в недавно открывшемся пятизвездочном отеле Marriott в Минске. Если попытаться описать словами эту удивительную, искрящуюся всеми цветами радуги конструкцию, то получится следующее: на потолке ресторана разместились 90 квадратных метров хрустального «полотна», состоящего из полумиллиона хрустальных бусин. Сверху хрусталь подсвечивается светодиодными источниками света, меняющими цвет по заданной программе в определенном ритме. Возникает фантастическое по своей красоте зрелище, сравнимое с неземными архитектурными решениями великого Гауди или Торсена. Но чтобы красивая дизайнерская идея реализовалась на практике, вначале понадобилось соорудить что-то вроде ткацкого станка. Вместо нитей использовалась тонкая стальная проволока, на которую нанизывались хрустальные бусины. На это ушел практически месяц, а затем - две недели работы на высоте монтажников «Каскада» под руководством профессионального художника-дизайнера. Именно он задавал изгиб волны «полотна», высоту его подвеса и переходы так, чтобы возникло ощущение образа облака. Сейчас, глядя на законченную инсталляцию снизу, с трудом верится, что каждые ее два метра весят около 50 кг и что соединять между собой отдельные участки приходилось на весу, на шестиметровой высоте. При этом, главной задачей было добиться таких соединений, чтобы они были практически невидимы снизу и чтобы, в конечном итоге, образовалось самое настоящее хрустальное облако.

 

Для этого же отеля профессионалы-художники «Каскада» изготовили дизайнерские светильники «два в одном»; в холле отеля появилась строгая и воздушная линия прозрачных стеклянных шаров, которые удивительным образом наполняют пространство воздухом и светом и придают интерьеру легкость и невесомость; в одном из ресторанов быстрого питания на первом этаже подвесили гроздья стеклянных колб с кованым эффектом, внутри которых светят лампы Эдисона. 
Знатоки гостиничного бизнеса отмечают, что в интерьере минского отеля Marriott удачно выдержана тонкая грань между роскошью и функциональностью, а способы освещения и подобранные дизайнерами светильники – только ее подчеркивают. 
– Если Несвижский замок – это несомненная область искусства, то Marriott запомнился современными подходами к освещению и технической стороной дела, – говорит Сергей Герасимович, показывая фрагмент полотна в выставочной зоне предприятия. - Работа с принципиально новыми конструкциями для ЗАО «Каскад» стала возможной, благодаря своеобразной синергии всех подразделений и служб завода, направленной на конечный результат. 

 

От идеи до воплощения
- Однажды на деловой встрече в банковской структуре мне с гордостью продемонстрировали в вестибюле большие потолочные люстры, - вспоминает Сергей Герасимович. - Молодой управляющий сказал мне, что это итальянские эксклюзивные светильники, закупленные его предшественником. На самом же деле, 10 лет назад монтажная бригада под моим руководством как раз и монтировала эти самые светильники. Их дизайн разработал опытный художник-конструктор «Каскада», на изготовление подвесок было использовано очень качественное по своей чистоте оптическое стекло. Ну, а то, что белорусские светильники оказались по своему исполнению схожими с итальянскими – говорит только о высоком классе работы «Каскада».

 

Любой архитектурный проект начинается с эскиза. Это в полной мере относится и к проектированию светильников. На этом этапе главное действующее лицо - художник. Именно он задает будущий абрис люстры, характерные особенности ее стиля, габариты и пропорции. Его основной инструмент – карандаш. Это уже потом подключается бюро 3D-моделирования, конструкторы и технологи, подбираются оптимальные конструкционные материалы и виды покрытий. Отдельные фрагменты люстр могут «выращиваться» на специальных принтерах, чтобы получить прототип и оценить его объемные характеристики, возможные способы литья и его дальнейшей отделки. 
Один из принципиальных и основных подходов в организации производства светильников на «Каскаде» – использование только натуральных материалов, издавна принятых на брендовых светотехнических заводах. К ним относится латунь, бронза, высококачественное силикатное стекло, нержавеющие стали, хрустальные подвески с большим количеством отполированных граней и с высоким содержанием оксида свинца.

 

На «Каскаде» имеется и линия гальванического золочения, одна из самых больших в Беларуси. Здесь производится нанесение самого настоящего золота на металлические поверхности. Причем , в отличие от западных производителей, у которых толщина покрытий обычно не превышает 0,5 микрона (практически остается только одно название, что это золото), на «Каскаде» придерживаются проверенной столетиями технологии при нанесении золотых покрытий - не менее 1,5 микрона. А в случае реставрируемых музейных экспонатов – 3-5 микрон. Этим обеспечивается и долговечность изделий, и, в конечном итоге, их ценность. 
Следует отметить, что производство ЗАО «Каскад» не ограничивается только светильниками – здесь так же успешно работают с элементами интерьерного декора, выполненного из латуни или нержавеющей стали. Зеркальные панели, объемные позолоченные логотипы организаций, лестничные ограждения с элементами сложного художественного литья и декора – все это под силу белорусским профессионалам своего дела, не раз доказавшим на практике способность решать самые сложное задачи в области архитектурного и светотехнического дизайна.

 

 

blog comments powered by Disqus

Вверх